19-летняя Мирра Андреева выиграла свой первый турнир Большого шлема на Roland Garros под руководством бывшей чемпионки Уимблдона Кончиты Мартинес. Этот успех привлёк внимание к редкости женщин-тренеров в теннисе: лишь четыре игрока из топ-50 рейтинга WTA имеют женщину в качестве основного тренера.
Статистика и исторический контекст
Теннис гордится гендерным равенством, но женских тренеров на высшем уровне по‑прежнему мало. В 2017 году женщины составляли всего 6% от числа зарегистрированных тренеров в турах WTA. К 2026 году этот показатель вырос более чем втрое — до 19%. На турнире в Индиан‑Уэллсе в текущем году 34 из 187 тренеров (18,2%) были женщинами.
Партнёрство Энди Маррея с бывшей первой ракеткой мира Амель Моресмо в 2014 году стало одним из немногих примеров работы женщины-тренера в мужском теннисе. Решение встретило волну сексистской критики, которая шокировала Маррея. По словам Сандры Заниевской, тренера 13-й ракетки мира Марты Костюк, такое восприятие сохраняется и сегодня.
Барьеры: семья, график и роль хит‑партнера
Семейные обязательства, плотный календарь и постоянные разъезды ограничивают присутствие женщин в тренерских штабах. «Женщины, когда заканчивают играть, обычно думают о создании семьи и меньших поездках», — объясняет Заниевская, бывший игрок, которая изначально не планировала заниматься тренерской работой. Она добавляет:
«Если бы у меня были дети, я бы, конечно, не путешествовала. Именно поэтому я не думаю, что соотношение когда‑либо станет 50 на 50, но ландшафт меняется».
Ещё один фактор — роль хит‑партнера (партнёра по ударам). Её почти всегда выполняют мужчины. Многие игроки не могут позволить себе нанять отдельного тренера и хит‑партнера, поэтому выбирают тренера, способного совмещать обе роли. Заниевская отмечает, что мужчины-хит‑партнеры часто обладают большим эго и проекцией уверенности, что важно для ментальной игры:
«Иногда мы шутим, что у мужских хит‑партнеров такое большое эго — они приходят и думают, что знают всё… На этом уровне это помогает, потому что если игрок чувствует, что вы не уверены в себе и в нём, он поймёт это очень быстро».
Восприятие уверенности и связь с игроками
Заниевская считает, что женских тренеров иногда несправедливо судят из‑за того, как они выражают уверенность. «Это не значит, что женщины более неуверенны… Мы просто больше думаем, поэтому более осознанны. Мы действительно хотим убедиться, что разобрались в ситуации, прежде чем давать совет. Это может создавать ощущение неуверенности», — поясняет она.
Кончита Мартинес смогла передать высокую степень уверенности Мирре Андреевой. За 12 месяцев до триумфа на Roland Garros Андреева заявила:
«Она понимает меня лучше, чем кто‑либо другой… Она прошла через это. Она также женщина. Она сыграла так много матчей на турах, она настолько опытна. Она чемпионка Большого шлема».
Эффект видимости и программа WTA
Легенда тенниса Билли Джин Кинг выступает сторонницей концепции «если ты не видишь этого, ты не можешь этим стать». Заниевская отмечает, что игроки привыкли к мужчинам-тренерам и часто не рассматривают женщин как вариант. Британский тренер Фрэн Джонс, выпускница программы подготовки тренеров WTA (июнь 2026 года), рассказала, что её «загнали в рамки» работы с игроками до 14 лет:
«Вы не видите много женщин-тренеров на турах… Если вы не видите, как некоторые из лучших женщин-игроков мира процветают в этой сфере, зачем вообще пытаться в неё вступить?»
Для решения проблемы представительства WTA запустила программу Coach Inclusion Programme в 2021 году. Изначально лишь четыре аккредитованных женщины-тренера работали с игроками из топ‑200 одиночного рейтинга WTA. Программа, возглавляемая Джаслин Хьюитт-Шехади, сотрудничает с национальными федерациями, предоставляя связи и уверенность. С момента создания программа поддержала 44 выпускника из 18 стран; благодаря новым партнёрствам в этом году ожидается выпуск ещё 39 человек. Выпускница Лорен Энглиш отметила, что программа показала ей необходимые «ступени» и дала «смелость» стремиться к большим возможностям.
Текущий состав топ‑игроков
Помимо Андреевой и Костюк, среди топ‑50 лишь у Анны Калинской и Кэти Макнелли женщины являются основными тренерами. В тренерский штаб таких звёзд, как финалистка Уимблдона 2024 года Джасмин Паолини, бывшая чемпионка Roland Garros Елена Остапенко и француженка Диана Парри, также входят женщины, хотя и не в качестве главных тренеров.
Сандра Заниевская подчёркивает, что выбор тренера зависит от совместимости характеров:
«Некоторые женские игроки лучше соединяются с мужчинами-тренерами, а некоторые — с женщинами-тренерами. Я не хочу говорить, что женские тренеры лучше для женщин, чем мужчины, потому что в конце концов, это вопрос соответствия личностей».
